Бассейн, «Евразхолдинг» и прокурорская проверка: как суды признали незаконным продление строительного контракта по 44-ФЗ

Строительство социального объекта почти за полмиллиарда рублей, продление сроков из-за «санкций и логистики», письмо от поставщика металлоконструкций, который, как выяснилось позже, такого письма вовсе не писал.

Итог — три судебные инстанции признали дополнительное соглашение к государственному контракту недействительным.

Именно такой спор рассмотрели арбитражные суды Красноярского края, апелляция и кассация по делу о строительстве плавательного бассейна в Шарыпово.

Что закупали

В феврале 2023 года КГКУ «Управление капитального строительства» заключило контракт с ООО «Стройкрасстандарт» на строительство плавательного бассейна в Шарыпово стоимостью более 504 млн рублей.

Срок выполнения работ был установлен до 1 июля 2024 года.

Однако летом 2024 года стороны подписали дополнительное соглашение и продлили срок сразу до декабря 2024 года. Основания выглядели вполне привычно для строительного рынка последних лет:

• сложности с получением разрешений;
• плохая погода;
• проблемы с поставками металлоконструкций;
• санкции и логистические ограничения.

На первый взгляд — типичный строительный форс-мажор. Но затем в дело пришла прокуратура.

Прокуратура начала проверять детали — и история резко изменилась

Прокурорская проверка показала, что многие обстоятельства, на которые ссылался подрядчик, либо не подтверждаются, либо возникли по его же вине.

«Бюрократия администрации» оказалась ошибками подрядчика

Подрядчик утверждал, что работы затянулись из-за проблем с оформлением разрешений на земляные работы.

Но прокуратура установила: первоначальное заявление в администрацию Шарыпово было оформлено с нарушениями. В документах отсутствовали обязательные сведения, а часть данных была указана неверно. Поэтому подрядчик получил отказ.

После исправления недостатков разрешение выдали достаточно быстро.

Суд фактически указал: нельзя ссылаться на обстоятельства, которые возникли из-за собственных ошибок подрядчика.

Именно на этот аспект сегодня все чаще обращают внимание контрольные органы и суды.

Как отмечает Дмитрий Доброштан, руководитель Рабочей группы при Общественном совете при ФАС России по применению законодательства о государственных и корпоративных закупках, суды постепенно уходят от формального подхода:

«Уже недостаточно просто сослаться на санкции, логистику или сложную ситуацию на рынке — каждое обстоятельство должно быть детально подтверждено и действительно носить независящий от подрядчика характер. Если подрядчик сам допустил организационные ошибки или просчеты в планировании, последующие проблемы уже не воспринимаются судами как безусловное основание для продления сроков контракта».

Самый громкий эпизод — письмо от «поставщика», который его не писал

Наиболее неприятным для подрядчика оказался эпизод с металлоконструкциями.

Для обоснования продления сроков заказчику было представлено письмо от ООО «ТК „Евразхолдинг“». В письме говорилось о задержке поставок металлоконструкций из-за большой загрузки производства и сложной внешнеэкономической ситуации.

Однако прокуратура направила запрос и получила неожиданный ответ:

• компания вообще не состояла в договорных отношениях с подрядчиком;
• такие письма не направляла;
• указанный бланк не является актуальным;
• сама организация еще в 2021 году сменила название.

Фактически суды столкнулись с ситуацией, когда одним из ключевых обоснований изменения госконтракта оказался документ сомнительного происхождения.

Именно этот эпизод многие участники рынка уже называют наиболее показательным во всем деле.

По словам Дмитрия Доброштана:

«Сегодня контрольные органы и прокуратура все глубже проверяют достоверность документов, которыми стороны обосновывают изменение контрактов. Если раньше проверка зачастую ограничивалась формальным наличием письма или справки, то сейчас анализируется происхождение документа, наличие реальных хозяйственных связей и фактические обстоятельства исполнения».

Для строительного рынка это особенно чувствительно, поскольку практика продления сроков через переписку с поставщиками и ссылками на логистические сложности за последние годы стала фактически массовой.

Погода подрядчику тоже не помогла

Еще один аргумент — экстремальные зимние температуры и ветер.

Подрядчик представил справки гидрометеоцентра о морозах до −20°С и сильном ветре зимой 2023–2024 годов.

Но суды посмотрели график выполнения работ и заметили неприятную деталь: бетонные работы должны были быть выполнены еще летом и осенью 2023 года.

Поэтому ссылки на зимние морозы не убедили суд.

Логика судов оказалась достаточно жесткой:
если подрядчик сам допустил смещение графика, то последующие погодные условия уже не считаются независимыми обстоятельствами.

Почему суды признали соглашение незаконным

Ключевой вывод всех трех инстанций: срок выполнения работ — существенное условие государственного контракта.

А менять существенные условия по 44-ФЗ можно только в строго ограниченных законом случаях.

Суды указали:

• объективных и надлежащим образом подтвержденных оснований для продления не было;
• часть обстоятельств возникла по вине подрядчика;
• представленные документы вызывали сомнения в достоверности;
• изменение срока нарушало принципы конкуренции.

Отдельно суды подчеркнули важную мысль: если бы изначально закупка проводилась на более длительный срок, в ней могли бы участвовать другие подрядчики с иными ценовыми предложениями.

То есть незаконное продление срока рассматривается не только как нарушение условий контракта, но и как потенциальное ограничение конкуренции.

Как отмечает Дмитрий Доброштан:

«Суды фактически показывают рынку: механизм изменения контракта не должен превращаться в способ пересмотра условий закупки после определения победителя. Особенно в строительстве, где продление сроков нередко становится почти “обычной практикой”. Сейчас суды демонстрируют гораздо более жесткий и содержательный контроль за такими изменениями».

«Но бассейн же построили»

Это был главный аргумент подрядчика в апелляции и кассации.

Компания указывала:

• объект имеет социальную значимость;
• бассейн фактически достроен;
• в 2025 году получено разрешение на ввод в эксплуатацию.

Однако суды заняли принципиальную позицию: сам по себе факт завершения строительства не делает законным нарушение требований 44-ФЗ.

Именно этот подход сегодня все чаще прослеживается в судебной практике:
результат работ не «исцеляет» нарушения закупочного законодательства.

По мнению Дмитрия Доброштана, это один из ключевых сигналов данного дела:

«Даже завершение строительства социально значимого объекта не освобождает стороны от необходимости соблюдать требования законодательства о контрактной системе. Судебная практика становится более принципиальной именно в вопросах изменения существенных условий контрактов».

Документ: Постановление АС Восточно-Сибирского округа от 28.04.2026 № Ф02-925/2026 делу № А33-34692/2024